?

Log in

No account? Create an account
yuna28's Journal
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in yuna28's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]
Saturday, September 2nd, 2017
10:58 pm
Голос из зала.
Прочитала статью Лулу Прада, посвященную композитору Альфреду Шнитке. Его называют и известным, и знаменитым, и одним из лидеров советского авангарда. И даже гениальным композитором второй половины 20 века.

Я не вижу здесь никакого преувеличения.

У меня нет музыкального образования. Когда-то я училась в районной музыкальной школе, но это, как известно, не всегда прививает любовь к музыке. Слушать музыку, особенно симфоническую, я полюбила много позднее.

Когда музыковеды объясняют, о чем музыка, что автор хотел сказать в первой части, а что в третьей, мне это только мешает. Даже если без упоминания специальных музыкальных терминов. Я слышу что-то своё. И даже лучше, если нет названия. Лучше, если это просто пятая симфония или, напр, первый скрипичный концерт.

Всё это, конечно, мои совершенно личные соображения. Возможно, такие высказывания невежд шокируют профессиональных музыковедов. Но прочитав статью о Шнитке и прослушав (больше одного раза) небольшую подборку его музыки, я просто не могла пройти мимо.

Не помню, ругали ли его в советской прессе ( я тогда не читала газеты), но хорошо помню, как его никуда не пускали. И не только за границу, но и в пределах Союза. Для симфонического или даже камерного оркестра нужен зал. Проблему зала решали, как можно себе представить, высшие музыкальные или даже партийные инстанции. Несомненно, в Большой зал консерватории или в Зал Чайковского допускалось только тщательно проверенное и утвержденное. Но советский человек как-то умудрялся приспосабливаться к таким ограничениям.

Помню, как в Ленинграде в совершенно незапамятные времена, задолго до перестройки, меня пригласили в кафе в академический НИИ, где занимались полимерами. Кафе исключительно для сотрудников, называлось «Молекула». В небольшом помещении внутри здания (за проходной!) установили венгерский агрегат, состоящий из кофеварки и кофемолки. Стены обклеили огромными фотографиями полимеров. Великолепный вкус кофе обеспечивала экстракция не горячей водой, а перегретым паром. И раз в неделю по вечерам приглашали туда кого-нибудь для чтения лекций, или неопубликованной прозы, или нецензурированных стихов и пр. Мне посчастливилось впервые услышать выступление никому тогда не известного Андрея Битова. Незабываемый вечер!

А театры в каких-то подвалах, устроенные по всем неправилам противопожарной безопасности? А выступление (но это уже позднее) Коржавина, приехавшего из Америки, куда он был выслан КГБ, в заводском клубе у метро Пролетарская? А выставка Мемориала, (о чем я уже как-то писала в ЖЖ), в помещении Электролампового завода, у метро Электрозаводская? И разные другие полулегальные мероприятия в разных клубах Москвы, напр., выставки неизвестных художников или «крамольные» кинофильмы, которые не показывали на обычных экранах.

Кто-то из знакомых, имеющих отношение к музыке, сказал, что в клубе (забыла, в каком) будет очень интересный концерт современной музыки. Мы туда и поехали , почти не зная, что можем там услышать. Там я впервые услышала фамилию Шнитке.

Там были разные, я бы сказала, музыкальные эксперименты. (Прошу прощения за неточность термина – не знаю, как сказать лучше или точнее.) И вдруг возникла какая-то потрясающая, ни на что не похожая музыка. Она как бы звучала не только снаружи, но и внутри тебя. Шла отовсюду. И там, внутри, перебирались какие-то струны (или эмоции? или что-то еще?), что никогда раньше никаким образом не затрагивалось. У меня. Не помню, что именно исполнялось. Но запомнила, что длинный постепенно исчезающий звук скрипки пианиссимо просто остановил дыхание. У меня. Статья Лулу Прада так и называется – оглушительная тишина. Или даже оглушающая тишина. Лучше не скажешь.

Потом я много раз слушала Шнитке. Все клубы объездила. Ни на что не похожее ощущение, испытанное в тот первый вечер, повторялось не всегда, но часто. И только от музыки Шнитке. И совсем не только пианиссимо. Иногда как раз наоборот. Не помню, что именно слушала в ФИАНе на Ленинском проспекте – там был большой зал для заседаний, с хорошей акустикой. Кажется, это был один из фортепианных концертов. Я сидела с закрытыми глазами и беззвучно кричала: « Хватит! Хватит! Больше не могу!!» А музыка всё нагнеталась, до полного (моего) изнеможения.

Ради этой музыки я готова была ехать в любой конец Москвы. Но заметила, что если была сильно уставшая, то этого эффекта не было. Еще раз подчеркиваю, что это моё личное восприятие.

На всякий случай заглянула в Гугл. Там об Альфреде Гарриевиче Шнитке много – биографические очерки, короткие и длинные, списки произведений, перечисление озвученных им кинофильмов и песен (Комиссар, Белорусский вокзал, Верные друзья, Мастер и Маргарита, всего около 70 фильмов). И кое-где упоминается, что мировая слава пришла к нему после участия в европейском турне скрипачей. Там исполняли его Кончерто гроссо, а самого композитора включили в программу как исполнителя партий клавесина и рояля. Такие вот причуды времени.

Но когда Альфреда Шнитке впервые исполняли в Большом зале московской консерватории – это уже был настоящий триумф! Как принято говорить, «бурные долго не смолкающие аплодисменты, перехоящие в овацию». Зал хлопал стоя. А он стоял рядом с дирижером, невысокий, сутуловатый, кивал и улыбался осторожной застенчивой улыбкой.
Saturday, August 5th, 2017
1:58 pm
Телеграмма
Совсем недавно средства связи были такие, что сегодня нашим внукам даже объяснить трудно, как это выглядело. Люди писали письма. Иногда очень длинные. Это был совершенно особый литературный жанр, называвшийся эпистолярным. Письмо иногда содержало неизвестную, не публикуемую (по тем или иным причинам) информацию. Такое письмо иной раз рука не поворачивалась выбросить. Их и хранили годами. Фактически это был неофициальный и совершенно достоверный, и при этом бесцензурный, негосударственный архив. Потому что письмо, написанное от руки – безусловный первоисточник.

И не так уж редко после смерти эти сохраненные письма публиковали. Известны, например, письма Пушкина, тщательно разобранные и классифицированные пушкиноведами – целый том в полном собрании его сочинений. Изданы целые тома писем Достоевского, Герцена, Куприна, Чехова, Короленко и многих, многих других писателей или общественных деятелей. Одни классифицированы по годам, другие по адресатам или по каким-то еще признакам. Изданием занимались литературоведы, историки, архивисты, а иногда и просто родственники из последующих поколений. Письма позволяли познакомиться с интимной жизнью и «несвоевременными» мыслями, не всегда совпадающими с общеизвестными, декларируемыми и публикуемыми. По-моему, это не слишком корректно – после смерти, без предварительной договоренности, публиковать личные письма. Любители эпистолярного жанра, к каковым я себя не причисляю, возможно, эти издания читали или просматривали. Считается общепризнаным, что этот в сущности устаревший жанр имеет полное право на существование.

На днях я попыталась разобраться в семейном архиве, Read more...Collapse )
Saturday, July 22nd, 2017
1:16 pm
ПРО МОРЯ И ОКЕАНЫ
Помню, как меня, уже взрослую, одна знакомая очень настойчиво приглашала приехать на ее подмосковную дачу. Пришлось признаться, что я не люблю дачи. Она удивилась и не поняла: «Как это Вы не любите дачи? А что же Вы любите? Провести всё лето в пыльной Москве?» Подумав, я сказала, что люблю воду.Read more...Collapse )
Monday, June 26th, 2017
9:51 pm
МИРА
Мы не были родственниками. Просто наши мамы вместе работали, и Мира родилась на 1,5 месяца позже меня. Моя мама кормила ее своим грудным молоком. У мамы, как она рассказывала, молока хватало на двоих. Так что получается, что мы были молочные сестры.

Потом мы подросли, но связь семейств осталась.

Наша семья, по тем временам, материально была довольно благополучной – папа работал в проектном институте и преподавал в МЭИ. Мира же жила вдвоем с мамой, чУдной, добрейшей тётей Катей (так я ее называла). Участие отца в воспитании ребенка сводилось, насколько я помню, к нечастым появлениям в день рождения и праздники с довольно дорогими подарками. Запомнился шикарный набор для рисования – альбом, краски, кисточки. И (много позднее) настоящий! двухколесный! велосипед. Мира очень гордилась своим папой и его подарками.

Тётя Катя как-то умела на свою грошовую зарплату воспитательницы в детском саду единственную свою дочку обеспечивать всем необходимым. Мира была одета всегда заметно лучше меня. Это я и тогда видела, а сейчас особенно – по старым черно-белым фотографиям. Если Мира вырастала из очередной пары обуви (или обувь приходила в негодность), у тёти Кати, очень по-хозяйски, всегда оказывалась в запасе новая пара туфель – на вырост.

Мира жила у метро Площадь Маяковского, я – у Курского вокзала. Чтобы преодолеть это расстояние, надо было, кроме пересадки в метро, дважды пересечь Садовое Кольцо. Подземные переходы были построены много после Войны. А до Войны, с очень раннего возраста (по-моему, лет с восьми) тётя Катя отпускала дочку одну к нам, на Лялин переулок. Мои родители начали отпускать меня одну ездить по Москве только, наверно, лет с одиннадцати. Иногда Мира оставалась у нас на несколько дней. В нашей семье Миру любили, она была серьезная, не по возрасту ответственная, усидчивая. Мне часто ставили ее в пример. Как сейчас, слышу мамин голос: «Вот смотри, Мира…». За этим следовало перечисление мириных достоинств, которых у меня, очевидно, не было. Сегодня мне не кажется такой метод воспитания особенно удачным. Мы не рассорились тогда, в детстве, наверное, потому, что обе были довольно мирными детьми.

Тётя Катя была родом откуда-то из Литвы. Там, в небольшом еврейском местечке, у нее было, как Мира тогда говорила, полно родни. И Миру несколько раз отправляли туда на лето. Сначала тетя Катя ее туда отвозила, а к 1 сентября привозил кто-нибудь, кто ехал в Москву. А потом просто покупала билет, сажала ее в поезд, просила соседей и проводника за ней поглядывать, а там, в Литве, ее встречали и «зацеловывали» многочисленные родственники. К осени она возвращалась, румяная и поздоровевшая.

Сейчас во многих авиакомпаниях есть специальная служба, которая (за деньги и, конечно, под расписку!) берет на себя ответственность за такого ребенка. Моя 11-летняя внучка уже трижды летала так из Канады в Израиль. Там посадили – здесь встретили. И даже была несколько обеспокоена тем, чтобы ее встретили вовремя. Потому что строгая тётя ей объяснила, что если не встретят, то тем же самолетом отправят обратно. В 40 годах прошлого века такой службы не было (во всяком случае, на железных дорогах). Так что, по тем временам, это была история довольно рискованная. Но Мира была действительно очень хорошая девочка, разумная и самостоятельная. И тётя Катя как-то решалась на такое.

А потом был 41-й год. Война застала Миру в Литве. Read more...Collapse )
Sunday, April 2nd, 2017
11:28 pm
Моя книжка "Про папу и всякое разное"
Не пойму, эпопея с книжкой закончена или только начинается?
Книга напечатана и готова к пересылке читателям. Желающие - пишите адрес, куда слать. Ну или приезжайте-таки в гости в Ашдод:) Тел. 08 8653866
Saturday, March 25th, 2017
9:52 pm
Вроде объявления
Я уже писала здесь, http://yuna28.livejournal.com/67894.html, что у меня неожиданно получился, так сказать, целый "том второй", еще одна книжка про всякое разное и, для меня главное, про папу. В первой я писала про маму , а про папу написать оказалось намного труднее. Как получилось - не мне судить.

Печатаю я ее в Израиле, оказалось дешевле, чем в Москве плюс пересылка. В общем, моя многострадальная книга, хотя в это трудно поверить, в конце концов выходит! Обещают, что через пару дней я получу тираж.

Так что если кто-нибудь из тех, кто читает этот пост, по-прежнему хочет получить в подарок эту вторую мою книжку, то осталось решить технический вопрос "как кошка перейдет через ручей?" :)

Самый верный способ: приезжайте в гости в Ашдод, попьем кофе (чай), заодно и книжку заберете. Для тех, кому этот способ по техническим причинам не подходит - напишите мне свой адрес и/или номер телефона для связи, лучше мейлом, а не комментарием (мой адрес yuna.gumin@gmail.com), я постараюсь организовать пересылку.

А если кто хочет книжку купить, то стоит она 10 долларов (или 37 шекелей). Tе, кто не живет в Израиле, могут перевести на paypal моей дочке Светке sveta_mordkovich@yahoo.com ,а она мне переправит. Для израильтян, наверное, удобнее перевести на мой счет в банке apoalim, №213551 , сниф 540.
Monday, January 30th, 2017
9:10 pm
С десятого этажа. Зарисовка.
Недавно меня пригласили в гости по случаю небольшого семейного торжества. В этом доме я никогда раньше не была. Дом вырос лет десять назад в старом, мало знакомом мне, районе Ашдода. Показалось, что это единственный высокий дом среди старой малоэтажной застройки. Возможно, так оно и есть.

Войдя в квартиру, прямо напротив двери я увидела огромную, во всю стену, балконную дверь, а за ней, как принято говорить, сплошное море огней. Было холодно и ветрено – израильская зима, январь месяц. Я приехала на такси, в довольно легкой куртке, не рассчитанной на такой «мороз». Мысль о том, чтобы выйти на балкон посмотреть окрестности, не показалась разумной ни гостям, ни хозяевам. Страшно было даже приоткрыть балконную дверь – такой был ветер.
Все стали дружно рассаживаться за стол, чтобы скорее принять что-нибудь согревающее. Самые замерзшие и «непьющие» занимали место поближе к мазгану. А я в это время думала, как бы мне посмотреть этот вид из окна днем и в хорошую погоду. А в общем, нечего выдумывать предлоги для повторного визита. Можно просто сказать, что мол хочу посмотреть, разрешите прийти к вам еще раз. Так я и сделала. Хозяйка, мне показалось, даже обрадовалась. Договорились созвониться, когда немного потеплеет.

С балкона десятого этажа хорошо видны крыши однотипных домов-прямоугольников, утыканные белыми трубами солнечных бойлеров. Говорят, что снаружи, с тротуаров, бойлеры не видны. Ну и хорошо, что не видны. Я тоже их не видела, забыла посмотреть.

Четырех-пяти этажные жилые дома, казалось, уходят вдаль до самого моря. И только совсем на берегу стоят многоэтажки и как бы замыкают эту панораму. Через них, говорят, в хорошую погоду видно море.

Море я не видела, было облачно, как обычно в Израиле зимой. Когда стало смеркаться, зажглись первые огни, ярко-желтые, почти оранжевые, и прочертили береговую линию. Чуть позже так же осветились магистрали. И стало видно, что внизу не просто вереница жилых домов старой застройки, а продуманный и геометрически точно построенный большой город.

С наступлением темноты появлялись всё новые и новые огни. Город как бы ожил, засветился. Это уже совсем другой город, не тот, что был днём.

А напротив дома, с другой стороны, огромную площадь занимает какой-то завод, окруженный забором. Аккуратно расчерченная стоянка сплошь заставлена машинами . Каждое утро здания заполняются людьми. Городские обыватели знают, что занимаются эти люди чем-то серьезным, электронно-программистским и совершенно секретным.

Хорошо видно, как в конце рабочего дня разъезжается заводской транспорт. Сначала отъезжают частные машины, спокойно, никаких пробок, никаких обгонов, с четким соблюдением интервалов. Стоянка потихоньку редеет. Потом один за другим двигаются большие зеленые автобусы, как будто сговорившись, в какой именно момент они включатся в беспрерывный медленный поток частных машин. Сначала ближайший ряд автобусов, потом второй, третий и т.д., не меняя скорости и интервала. За ними в таком же порядке отходят микроавтобусы. Без малейшей паузы снова пристраиваются частные машины. Стоянка всё больше редеет. В городе вспыхивают новые желто-оранжевые огни. Появляются освещенные окна. По сравнению с яркими огнями морского порта и городских магистралей окна кажутся тусклыми и почему-то голубыми. Похоже, что в этом районе все жители полностью перешли на лампы дневного света.

А по расчерченному полю медленно и неотвратимо, как в научной фантастике, продолжается движение машин. Они, словно в воронку, въезжают в темноту, постепенно сливаясь с городскими огнями.

Перед тем, как закончить этот затянувшийся визит и распрощаться с гостеприимной хозяйкой, я еще раз вышла на балкон. Внизу, с упрямой неотвратимостью, почти мистически, по той же траектории медленно двигались машины…
Saturday, October 15th, 2016
9:22 pm
Мысль
Сегодня, в 21 веке, легко добыть поверхностное представление о чем угодно. И многие считают себя знатоками, прочитавши адаптированный текст в Гугле или википедии. Я сталкивалась с тем, что люди храбро рассуждают (или, хуже того, подают советы) в тех областях знаний, с основами которых вовсе незнакомы. Фундаментальные науки, такие, как физика, математика, биология, как бы защищены от обывателя - для их элементарного понимания надо пройти через определенный барьер. А медицина, педагогика, психология – все, кому не лень, считают себя компетентными. Некоторые даже уверены, что фундаментальные знания сегодня вовсе не нужны, т.к. про всё можно узнать в Гугле.
Мне кажется, что это опасная тенденция. Или я преувеличиваю?
Thursday, September 8th, 2016
8:36 pm
Путь в Ашдод
Мы приехали в Израиль в 90-м году и жили в Петах-Тикве на съемной квартире. Меньше, чем через год, послушавшись мудрых советов старожилов, купили квартиру в строящемся доме в новом микрорайоне города Ашдода. Обещали, что через год строительство закончится, и можно будет переехать в собственную квартиру (!!).

Никто из нас ничего не знал про Ашдод, ни плюсов, ни минусов этого города . Название мы видели только на карте Израиля. Выбрали фактически методом тыка – квартира большая и, по тем временам, не слишком дорогая (а по сегодняшним – тем более!) Новый район с коротким и легко запоминающимся названием Юд в двух километрах от моря. Средиземного!! Что еще надо белому человеку? Выбранный вариант нам показался чем-то лучше других, и мы рискнули!

В банках тогда охотно давали ссуды на покупку квартир в рассрочку на 30 лет. Ну уж как-нибудь за 30 лет справимся, решили мы, плохо представляя себе, на каких кабальных условиях дается ссуда (это мы поняли потом). А пока – как все, так и мы, подписали многостраничный договор на иврите на покупку квартиры в Ашдоде. Подписывать документы, не читая, а лишь приблизительно зная содержание, мы уже к этому времени почти привыкли.Read more...Collapse )
Tuesday, August 30th, 2016
4:26 pm
Письмо
Год назад две внучки моего брата, обе врачи, приехали в Израиль по специальной программе, организованной в Хайфе для молодых врачей из России, потенциальных репатриантов.

Письмо, которое на днях получила от них, показалось мне объективно интересным. Привожу его полностью, почти без правки и без комментариев, опустив только чисто семейные московские новости .

Август 2016

… Вспоминаю наши первые дни, даже часы в Хайфе, как вышли из поезда - и джинсы намокли сразу же и приклеились ко всей нижней половине туловища - на улице было обычное начало обычного сентября. Как я мужественно старалась не орать при виде огромного дохлого рыжего таракана в первую ночь в общежитии. А потом увидела таких десятки на улице. Как делали вдох в квартире, где работал мазган, и медленно выдыхали в коридоре общежития, где мазгана не было. Как Хайфа казалась большой неубранной деревней, этаким поселком Раменское образца 90х годов. Как кричали: "В Тель Авив уедем! При первой возможности!" (Ну правда ведь, не "В Москву! В Москву!" кричать теперь). Как путали остановки автобуса - какие по будним дням, а какие - по субботам (здесь хоть что-то общественное в Шабат ходит по городу). Как выгребали гору песка из салона в квартире общежития после песчаной бури, т.к. через щель под балконной дверью нам намело небольшую Сахару. И как закладывали эту щель зимой старым полотенцем, потому что дуло по ногам. И как ходили в теплых носках и тапочках и занимались в шарфах, в обнимку с чашкой чая и компьютером. Как пытались пройти в конец автобуса и не упасть по пути на крутых поворотах. И как поначалу шокировали крики в автобусе: "Нахаг! Нахаг! Ацор!! Рега!!!" (вот орут ведь - ну зачем так громко?). И местные девушки с оооочень фигуристым, так сказать - "национальным низом" в обтягивающих лосинах и брючках... Все это казалось каким-то нелепым и чужим. Казалось, что не привыкнем никогда.
А потом понимаешь потихоньку, что крики "Нахаг!" - это потому что женщина с ходунками не успела выйти из автобуса на своей остановке, и пол-автобуса участвуют в ее судьбе в данный момент. А дядька на передней площадке весь маршрут болтает с водителем, потому что они уже давно знакомы. Или водитель спрашивает тебя: "куда мне дальше ехать? я первый раз на маршруте, я не знаю". И весь автобус начинает кричать: "налево! Направо! Прямо!".
А потом в марте на вопрос друзей: "А как вы в такой жаре живете?" удивленно отвечали: "Так у нас же мазган! Кааак? вы не знаете, что такое мазган?!" И наперебой рассказывали родителям и друзьям в Москве, как "у нас" одеваются люди, какая "у нас" погода, какой "наш нижний город". А потом и "верхний город" узнали, и стали замечать, как потихоньку реставрируют старые арабские дома в Хайфе, как выкупают и реставрируют особняки, дома на 2-3 квартиры - с садиками, террасами, верандами, панорамными окнами с видом на море. И с морем как-то вдруг поняли: не так уж нужно плавать, главное - видеть его. В Москве был известный закон подлости: в варианте летнем "выходные - дождь, будни - солнечно", или зимнем "выходные - слякоть, будни/дежурства - идеальная погода для лыж". А тут свой вариант "выходные - шторм" или "выходные - нашествие медуз". Но смотреть-то никто не мешает! И смотрим и каждый раз говорим: "как же красиво!". И недавно, проезжая мимо моря на автобусе (проза жизни - ехали с шука с полными рюкзаками еды) вдруг с Динкой хором сказали: "Какой красивый у нас город!".
И, да, в банках грабительская система: до сих пор не решила, что выгоднее - расплачиваться карточкой или снимать большую сумму и платить наличными, чтобы не оплачивать каждый раз сбор за транзакцию. И со страховкой у половины знакомых путаница, а битуах леуми ничего не знает и помочь ничем не может - "олим хадашим первый год относятся к мисрад клита, а не к нам". А мисрад а-клита, разумеется, тоже ничего не знает. И кто-то из знакомых 3 месяца не может получить теудат зеут, т.к. тетенька, которая этим делом занимается, в отпуске, а передача дела другому сотруднику занимает две недели. И проезд нереально дорогой, и электричество еще дороже, а днем почему-то на нашей улице фонари горят. И кошек вокруг дома тьма тьмущая! Зато, говорят, они змей отпугивают - хорошее утешение. И не понятно вообще, как и когда мы язык этот выучим, только какие-то слова уже намертво приклеились, и Дина мне говорит: "Тода, мотек!" И на шук поехать надо, и картис не забыть, и за майм и хашмаль заплатить... Потихоньку начинаем "обрастать" здешними понятиями, традициями. Уже на вопрос "Как будете Новый год отмечать?" спрашиваем в ответ: "Какой именно?" И, конечно, все надо успеть до середины сентября - потом же праздники! Об этому уже месяц говорят!
Мы понимаем, что это только начало пути, что мы еще и десятой доли жизни в Израиле не познали. Но за этот год появилось чувство расширяющегося сознания, раздвигания границ возможного. И я начинаю понимать, что у каждого свой сипур, своя алия, что нет одинаковых историй. Но все они так перекликаются между собой, что всё это потихоньку становится таким понятным.
…За нас не тревожьтесь, у нас всё беседер (емкое слово, лучше и не скажешь), успели посетить несколько выставок и музеев, съездили на вечерний концерт клейзмеров в Цфат (друзья забрали по пути), нам понравилось.
Вот пока все наши новости и частично - впечатления-воспоминания о событиях уже без малого годичной давности. 2 сентября будет ровно год в Стране...
Wednesday, August 24th, 2016
9:47 am
Туфли из Австралии
У меня всю жизнь были проблемы с обувью. Говорят, это от того, что в детстве носила обувь тесную или неудобную. Очень может быть. В Советском союзе любую нужную вещь надо было достать. Иногда удавалось достать детские туфли на № больше, чем нужно. Родители радовались: надольше хватит, у детей нога растет быстро. Дорастут. Но вообще-то это не было удобно. А если обувь по ноге, то ребенок скоро из нее вырастает. А следующий номер тоже надо «достать». Не знаю, как в других семьях, возможно, что у людей предусмотрительных и практичных обувь следующего размера для ребенка была куплена заранее. У нас в семье такого не было. Запомнила афоризм времен всеобщего дефицита: «Никто никогда не знает, когда другому жмет ботинок». Кто понимает, поймет, что это не смешно. А уже в зрелом возрасте читала какой-то роман, не то норвежский, не то шведский, и прочитала там убийственную фразу: «На ногах у нее была дешевая обувь, от которой болят ноги». И тоже запомнила. Read more...Collapse )
Wednesday, June 8th, 2016
10:01 pm
ДВЕ БЕСКОНЕЧНОСТИ
Когда вышла моя первая книжка «Что успела записать» (см обложку http://yuna28.livejournal.com/57988.html) , мне казалось, что больше мне писать нечего – всё, что я хотела, уже сказано. Но неожиданно из меня, как из рога изобилия, посыпались воспоминания. Когда их накопилось довольно много, я решила привести это в систему, хотя бы для удобства поиска. Так неожиданно получилась вторая моя книжка, которую я пока даже не знаю, как назвать. Там несколько разделов, в основном отсюда, из ЖЖ, что-то из этого капитально отредактировано. Друзья и московские родственники пообещали всё сделать практически бесплатно. Если кто-нибудь из тех, кто читает этот пост, хочет получить в подарок эту вторую мою книжку, то поставьте в комментариях, например, '9999' (или 'хочу!' :) Можно без расшаркиваний и благодарностей :))) Это мне надо для определения тиража. Когда (и если) эта книжка выйдет, то технические вопросы о городах, странах и способах доставки мы, надеюсь, сумеем решить.

А если кого-то не пугает мой 88-летний возраст, то поздравить можно именно здесь. Ведь, как известно, при повороте этих двух цифр на 90 градусов получается сразу две бесконечности. Не так плохо. Тем более, это совпадает с моим 26-летним пребыванием в Израиле. Ежегодная двойная дата.
Sunday, April 17th, 2016
9:25 am
обыкновенный подвиг
У всех, наверно, есть проблема – что делать с бумажными фотографиями? И не только у людей преклонного возраста, но и у молодых, к кому перешли альбомы или, хуже того, коробки со старыми фотографиями. Если бы их было мало (скажем, 10-20-30) то можно бы отсканировать и ввести в компьютер. А если их сотни?

Просматривая свой неупорядоченный архив, я, конечно, много повыбрасывала. Почти ничего не говорящие видовые черно-белые, да и цветные фото выбрасывала без сожаления. Случайные попутчики по горным, водным и лыжным походам тоже без всяких эмоций отправлялись в корзину. Частично выбросила групповые фотографии, особенно если они не слишком четкие. Разорвала много своих собственных фотографий, оставив только особенно памятные, рядом с друзьями и родными. А что делать с остальными – просто не знаю. Подскажите, френды!

Среди старых черно-белых снимков наткнулась на два, лежащих в отдельном конверте, да еще с надписью. Немного даже пожелтевшие. И вспомнилаCollapse )
Thursday, April 7th, 2016
10:59 pm
Получила по почте. Евгения Шустикова "Делаем жизнь"
Мне было чуть больше сорока, когда я узнала, что на привычный вопрос «Чем вы сейчас занимаетесь?» можно отвечать: «Осим хаим». «Наслаждаемся жизнью». Впервые это выражение я услышала здесь, в Израиле. Дословный его перевод: «делаем жизнь».

Городское кафе. Полдень. За соседним столиком сидит пожилая пара. Он и она. Не муж и жена, нет. Скорее старые знакомые или друзья. Они непринужденно болтают, немного флиртуют, пьют кофе. Вдруг раздается телефонный звонок. Кто-то на том конце провода спрашивает его: «Что ты делаешь?» А он: «Осим хаим». Наслаждаюсь жизнью. Не решаю проблемы, не зарабатываю деньги, не ищу ответы на вопросы, не ставлю цели и достигаю их, не худею, в конце концов, нет! Просто наслаждаюсь жизнью.

Эта игра слов меня буквально заколдовала, и я поняла, что тоже хочу научиться этому «осиму».

Первый урок мне преподнес владелец зоомагазина, когда ранним утром я забежала к нему за кормом для собаки. Он уже открыл свою лавочку, но еще не успел проснуться, поэтому медленно раскладывал свой товар. Я по отработанной годами московской привычке стала объяснять, что мне надо быстро и срочно. На это хозяин лавочки достал из клетки маленького кролика и положил его в мои руки. В этот момент я поняла: так вот ты какой — осим хаим! Время для меня остановилось. Гладить пушистый теплый комочек хотелось часами. И смотреть, смотреть завороженно на неторопливую работу продавца.

Потом было много других уроков, каждый из которых приносил мне счастье. Например, сегодня я точно знаю, где готовят самый вкусный кофе в Тель-Авиве. Самый вкусный он не из-за вкуса, нет. Просто в этом месте собирается такая яркая публика с такими потрясающими собаками! Наблюдать за этим миром, неторопливо попивая кофе, — это для меня осим хаим.

Или. Я никогда не знала, что кормить лошадь — это кайф. Тактильный, душевный. Я с детства боялась к ним подойти. Но в Израиле на конюшне хозяйка прекрасных лошадей с улыбкой предложила мне попробовать перебороть страх, протянув лошади яблоко.И вот, широко раскрывая огромный рот с отменными зубами, он или она протягивали морду к моей дрожащей руке и очень нежно, только влажными губами и теплым шершавым языком слизывали с ладони яблоко. На этом месте у меня слова заканчивались.

Но самый главный урок осим хаим я усвоила два года назад на дороге. Это произошло в тот самый момент, когда я накрыла дочь своим телом. Мы с Соней ехали домой в машине и услышали вой сирены. Дело было летом 2014 года, шла операция «Нерушимая скала», и мы попали под ракетный обстрел. Следуя инструкциям, я заглушила машину, достала ребенка из автокресла, уложила ее на дорогу и накрыла собой. Я до сих пор хорошо помню взрывную волну от сбитой ракеты, прокатившуюся по моему телу, и шепот дочери: «Мама, ты сейчас меня раздавишь». Так крепко я ее «накрыла».

После этого случая мир вокруг меня заиграл совершенно иными красками. И я наконец по-настоящему поняла, что означает осим хаим: наслаждаться жизнью здесь и сейчас.
Sunday, February 28th, 2016
10:07 am
Война в Заливе. 1991 год
Мы почти полгoда в Израиле. Понимание окружающей обстановки слабое. Количество денег весьма ограниченно. Почти без знания языка. Чувствуется, что война с Ираком надвигается, как говорится, висит в воздухе, хотя и не видно, чтобы кто-нибудь запасал продукты. Магазины по-прежнему ломятся от непривычного для бывших советских людей изобилия.

Всем взрослым выдают противогазы на случай возможной газовой атаки. Read more...Collapse )
Monday, February 1st, 2016
6:05 pm
Вот тебе и настойка
У меня есть помощница, на иврите - метапелет. Зовут ее Зоя. Недавно я просила ее купить 0.5 литра пищевого спирта для изготовления настойки. В торговом центре нашего района она купила в небольшом продуктовом магазинчике 0.5 литра спирта за 60 шекелей. Несмотря на то, что на этикетке было написано כשר לפסח (эта надпись, в том числе, предполагает более тщательную проверку, чем обычно), я всё-таки решила прежде, чем использовать этот спирт, проверить его домашним способом – цвет, запах, вкус. Профессиональная привычка. Прозрачность полная, запаха никакого (кто не в курсе – 96%-ный спирт не имеет запаха). Зажав ладошкой, опрокинула бутылку и оставшуюся на руке каплю лизнула. Почувствовала заметный вкус горечи, причем довольно долго не исчезающий. Трижды проверила. Сравнила с предыдущей бутылкой – там на дне оставалось несколько капель, и никакого такого эффекта не было.
Назавтра Зоя вернула бутылку в магазин. Read more...Collapse )

Для интересующихся – рецепт настойки. Read more...Collapse )
Saturday, January 23rd, 2016
5:56 pm
Дарёному коню...
К нам домой пришла незнакомая женщина. Разговаривала по-русски. Сказала, что она представитель Международного содружества христиан и евреев, которое выделило средства для помощи пенсионерам, живущим в Израиле. Предложила на выбор три формы помощи, одну из которых я выбрала. Нам будут ежемесячно доставлять на дом продукты на сумму 300 шекелей по нашему выбору из каталога. Бесплатно. И оставила каталог на русском языке с номером телефона для заказов. Кроме продуктов питания, каталог включал еще моющие средства, предметы каждодневного пользования, как напр. жидкости для уборки жилья, разнообразную разовую посуду, шабатные и поминальные свечки и много другого. Почти 500 наименований.

В это трудно было поверить, настолько это казалось прекрасным! Заказы принимали очень вежливые сотрудники на русском языке и доставляли их в назначенные дни. Read more...Collapse )
Wednesday, January 6th, 2016
8:59 am
Куда кривая вывезет
Дочка Светка написала в своем журнале смешной пост под названием "мама, я и автомобиль". Я этот эпизод хорошо помню, хотя и несколько под другим углом.

В этой связи вспомнила еще несколько своих поездок в Тель-Авив.

Сама я никогда машину не водила, но мне показалось, что это довольно путаный город. Я видела, как даже опытные водители не сразу попадали в нужное место. Один мой знакомый, который больше 30 лет водит машину и чувствует себя вполне комфортно за рулем, как-то сказал мне: «В Тель-Авив? Ни за что!»

А однажды мне надо было получить у незнакомых людей посылку из Москвы, посланную не обычной, а т.н. еврейской почтой. Дина передала Любе, Люба – Софье Львовне, муж Софьи Львовны - Самуилу Исааковичу, а он – сослуживцу, который летел в Тель-Авив к родственникам. Read more...Collapse )
Friday, December 4th, 2015
5:40 pm
15 октября 1941 года, Москва
В октябре этого (2015) года промелькнуло несколько публикаций о 15 октября 41 года в Москве.
О войне и о том времени очень много написано. Я пишу только то, что точно помню – не по рассказам, не из художественной литературы, не из чьих-либо мемуаров, не из Гугла. Только то, что застряло в памяти.

15 октября я была в Москве. У меня, тринадцатилетней, было не так уж много впечатлений, да и не всё понимала тогда. Но все же решила записать, что помню (много лет прошло, забывается), точно отделив то, что видела и слышала в те дни, от того, что узнала потом. Может, это представляет какой-то интерес. Read more...Collapse )
Friday, November 27th, 2015
2:58 pm
Спутники
В 50-е годы я ходила в горы с т.н. плановыми туристскими группами. Сейчас как-то более популярен ознакомительный туризм. А в 50-60гг. можно было купить путевку куда-нибудь в горы, пешком или на автобусе. Всё было централизовано и подконтрольно - был Центральный совет по туризму, который разрабатывал эти маршруты. Все кавказские пешеходные маршруты были организованы по одному принципу и состояли как бы из двух частей: сначала поход в горах, потом отдых у моря. Группа собиралась на какой-нибудь турбазе Северного Кавказа, переходила через перевал и спускалась к Черному морю. Степень сложности определялась высотой и проходимостью перевала. Группу вел обычно инструктор, хорошо знающий маршрут и ориентирующийся на местности. Инструктор должен был полностью отвечать за состояние группы. Чтобы всё было под контролем.

Несколько раз я была в таких пешеходных походах, и не только на Кавказе. Группа обычно – человек 20. Многие попадали в эти группы по путевкам, которые оплачивали профсоюзы – это стоило совсем недорого или вообще нисколько. Наверно, поэтому в такие пешие группы часто попадали люди совсем случайные, понятия не имеющие, куда и зачем они едут.Read more...Collapse )
[ << Previous 20 ]
About LiveJournal.com